▲ Наверх

Внимание: Я русскоязычный житель Харькова категорически против военного вмешательства России во внутренние дела Украины. Россияне, не верьте вашим руководителям-политикам. Я говорю на русском языке и никаких проблем из-за этого никогда не испытывал. Ни в Харькове, ни в Киеве, ни во Львове. Истерия нагнетается российскими СМИ/'русско-патриотическими блоггерами', будьте благоразумными. Главная опасность для меня лично - не бандеровцы-националисты, а ваш плешивый кремлевский фюрер - Путин.


СССР 1.0 — особенности труда.

13 марта 2014 | rotozeev

В последнее время активно обсуждается идея возрождения СССР 2.0. Всякие Кургиняны и прочие КОБы, ностальгические сайты, где люди делятся воспоминаниями о том, как хорошо было тогда… И вот на днях высказывание Путина о том, что Украины вышла из СССР не совсем законно. На фоне этого мне бы хотелось выложить тут отрывки из антисоветской книги «Без буржуев», написанной и изданной еще в 70х годах 20 века. Автор (родившийся и работавший в СССР, а потом эмигрировавший) много цитирует статьи из советских газет того времени, соединяя все факты в единую систему. Содержание книги не выглядит такой уж выдумкой, написанной специально для того, чтобы опорочить советский строй. Всем ностальгирующим по тому времени, желающим воссоздать СССР2.0 я бы советовал бегло просмотреть эту книгу, хотя бы для того, чтобы не повторять ошибок.

Отрывок из книги:

2. Камень на камень (Строитель).

За 50 послереволюционных лет население Москвы выросло с 1,8 миллиона человек до 7,5 миллиона. В других городах рост населения шел не так стремительно, но тоже очень быстро. Рост заводов и фабрик всюду приводил к гигантскому перетеканию сельского населения в промышленные центры. Произошел настоящий демографический взрыв, перебросивший десятки миллионов людей из изб в городские кварталы.
Поначалу их селили в общежития и коммунальные квартиры, уплотняя так, что 3 м2 на человека считались неплохими условиями. Страдания, вызываемые теснотой, мало заботили отца народов. Он тратил миллиарды на промышленное строительство и высотные здания, предоставляя людям искать себе пристанище собственными силами. Однако два следствия тесноты – вирусные эпидемии и резкое снижение рождаемости – все же вызывали тревогу властей. Поэтому при Хрущеве на жилищное строительство были отпущены огромные средства, города начали обрастать новыми кварталами, и народ вздохнул свободнее. Сейчас семья имеет право на увеличение жилплощади, если на каждого члена ее приходится меньше 5 м2, но получить она сможет при этом не более 9 м2 на человека – максимально допустимый предел. Строят много, и все же людям приходится ждать улучшения годами. (Бывают трагические истории – кто-нибудь из престарелых членов семьи умирает накануне счастливого момента, и все остальные лишаются права на получение квартиры.) Почему же проблема жилья остается в городах до сих пор самой острой?

Строительный бум нарастал так быстро, что требования его на материалы и рабочую силу не удовлетворялись и наполовину. Рабочий-строитель стал на первое место в списках «требуются» и стоит там поныне. Привилегированность его положения невероятна – ему могут предоставить работу и прописку в городе 1-й категории снабжения. Такой повышенный спрос на его труд, конечно, не способствует росту трудового рвения. Надзор за строителем осуществлять гораздо труднее, чем за заводским рабочим. На некоторых стройках начальство по недосугу не появляется неделями. Однако есть одно обстоятельство, которое действует на строителей куда более расхолаживающе и развращающе, чем все прочие. Это вечные простои из-за нехватки материалов и, следовательно, отсутствия фронта работ.
«В самом центре Минска строится здание института «Минскпроект». В бытовке греются несколько рабочих, играют в домино, другие в поисках дела слоняются по стройплощадке. Начальник участка объясняет:

— На сегодня был запланирован монтаж колонн. Заявка на металл осталась без внимания. Ригелей тоже не дали, закладных деталей нет на складе. Потому и план января провалили. Вместо 40 тонн швеллеров, получили лишь четвертую часть» (Тр. 6.3.73).

Далее статья сообщает, что, например, тресту № 7 для выполнения плана нужны 2000 тонн металлоконструкций, а он с трудом смог разместить на заводах, подчиненных тому же Министерству промышленного строительства, заказы на 800 тонн, и еще неизвестно, сколько из них получит. Для строительства предприятий легкой промышленности было запланировано 2123 кубометра конструкций из сборного железобетона, поставлено всего лишь 418.

В Одессе корреспонденты «Крокодила» увидели «десятки начатых и брошенных промышленных строек – складов, корпусов, пакгаузов… В самый пик рабочего дня ни на одном из объектов не удалось отыскать ни одной души, хотя бы пьяной» (Кр. № 7, 77). На одной загородной стройке они обнаружили спящего в канаве сварщика, а потом встретили и бригадира, который чуть не плача перечислил им все свои горести: нормальных дорог к стройке нет, цемент и кирпичи подвозят с трудом, отсюда – простои, безделье, пьянство. Один прогулял шесть дней подряд, другой – полмесяца. «А если их выгнать взашей?» – спрашивают наивные корреспонденты. «А где я других возьму?» – разводит руками бригадир.

В Иркутске, на первый взгляд, дело дошло до обратной крайности – строители перерабатывали сверхурочно до 200 часов в месяц. Механизаторы одного управления провели, если верить ведомостям, на стройках области 31 субботу и 18 воскресений (Тр. 3.73). Начальник этого управления в конце каждого квартала получал премию и выговор. Премию – за высокие производственные показатели, выговор – за нарушение трудовой дисциплины (работа в выходные и праздничные дни запрещена) . Однако при более внимательном рассмотрении выяснилось, что в большинстве своем все эти сверхурочные – только на бумаге, чтобы можно было выписать рабочим приличную зарплату. Такую, которая сможет удержать их. В действительности же простои так же велики, как и всюду. «За 20 дней января, – говорит машинист мощного монтажного крана, – сегодня впервые подбросили конструкции, можно монтировать. А так обычно мы со сменщиком договариваемся: один день он отлеживается в кабине, а я – дома на диване, другой день – наоборот. Но каждому записывают полную смену». Другой машинист просидел в кране без дела ноябрь и декабрь, но и в эти .месяцы строители «Академстроя» заказывали кран и на субботы. Краны, бульдозеры и экскаваторы одного только из управлений треста «Строймеханизация» простояли без дела на стройках области 6800 машино-часов в течение года, но считается, что водители этих машин отработали сверхурочно в субботы, воскресенья и праздники 2900 человеко-дней, за что и получили соответствующее вознаграждение.
Тут мы впервые подходим к самому непостижимому парадоксу плановой экономики, с которым и дальше будем сталкиваться не раз и который в упрощенном виде можно сформулировать так: чем больше ты тратишь денег, тем выше могут оказаться показатели твоих успехов.

В соответствии с жаргоном социалистического бизнеса, трест «Строймеханизация» является субподрядчиком для собственно строительных организаций Иркутска – СМУ (строительно-монтажного управления) «Академстрой», треста «Иркутскжилстрой» и прочих. Он поставляет им тяжелую технику для проводимых работ, а они за это переводят на его банковский счет оплату. Чем больше часов используется (или простаивает) заказанная техника, тем больше условных рублей поступает на счет «Строймеханизации», а так как план ее измеряется в полученных деньгах, то ей это выгодно. За рассматриваемый год механизмы треста простояли (по официальным данным) на стройках без дела 3666 машино-дней, но оплата была за них получена, и это позволило «Строймеханизации» объявить план выполненным за 10 дней до конца года. План по росту производительности труда (есть и такой) тоже каким-то образом оказался выполнен.
Ну а что же строительные организации, платившие бешеные деньги за технику, стоявшую у них без дела? Наверно, они полностью разорены, план их завален?

Да ничего подобного.
Они тоже выполнили и перевыполнили, они тоже передовики. Ибо у них контроль за выполнением помесячного и поквартального плана идет по тому, сколько они истратили из отпущенного на всю стройку. Поэтому очень легко можно представить себе, что в конце месяца прораб какой-нибудь стройки звонит своему приятелю в «Строймеханизацию» и говорит: «Слушай, у меня недовыполнение на 2000 рублей. Не можешь прислать мне пару бульдозеров, пусть постоят тут оставшиеся дни. Да хорошо бы в две смены, со сверхурочными». И приятель с готовностью присылает, если еще не раздал все в ответ на такие же просьбы с других объектов.

Это происходит повсеместно.
Об этом знают все.

Инженер-электрик Д.С. рассказывал мне, что на одной из больших строек решили «натянуть» квартальный план при помощи трат на электроэнергию – включили без всякой нужды на круглосуточную работу все, какие у них были, насосы и компрессоры с электроприводами. Рев поднялся невероятный. Вдруг на стройку является представитель районного «Мосэнерго». Прораб был страшно смущен, но потом заметил, что и гость в изрядном смущении. Оказывается, и его контора ломает голову над тем, как выполнить план по выдаче электроэнергии потребителям. Не может ли стройка взять у них за оставшиеся дни побольше киловатт-часов? Обрадованный прораб приказал вдобавок к насосам и компрессорам включить все прожектора, и под их круглосуточным сиянием, под вой работающих вхолостую машин обе организации смогли с честью выполнить свой план и получить причитающуюся премию.

Время от времени делаются попытки вырваться из этого устоявшегося бреда. Например, в Ленинграде придумали такое: пусть выполнение строительных работ контролируется не по истраченным деньгам, а по завершенным этапам строительства (ЛП 11.3.75). Закончат строители нулевой цикл, то есть закладку фундамента – банк выписывает им деньги за первый этап, закончат возведение корпуса – выписывает за второй, и так далее. Но сразу возник вопрос; кто будет контролировать завершение этапа? Заказчик? Зачем ему с этим возиться – у него хватит хлопот с приемкой законченного здания. Стройбанк? У него нет специалистов, способных вникать во все технологические тонкости. Так что волей-неволей контроль был возложен на тех, кого следовало контролировать, – на самих строителей.
И уж они разгулялись!

При закладке фундамента первым делом выполнялись дорогостоящие работы, например, монтаж бетонных блоков, а то, что подешевле – бетонирование полов, накладка гидроизоляции, – оставлялось на потом. Этап считался незавершенным, но план по-прежнему измерялся в истраченных деньгах и считался выполненным. Строители переходили к следующим этапам, выполняли их с таким же множеством недоделок, но деньги тратились и поэтому план к концу года оказывался выполненным, хотя здание в эксплуатацию сдать было невозможно. Наказывались они как-нибудь за это? Ничуть не бывало. Недоделкам всегда находились оправдания, и под незавершенное строительство тресту отпускались новые оборотные средства. Например, передвижная механизированная колонна № 14 треста № 19 получила под незавершенку в 1974 году 2,5 миллиона рублей при годовом плане основных работ 2,8 миллиона (ЛП 11.3.75). «О каком же экономическом рычаге мы говорим, – восклицает автор статьи, – если основа финансового благополучия механически закладывается на старте?»

Есть еще и другой показатель работы строительных организаций – план по сдаче готовых объектов. Его тоже необходимо выполнить, чтобы получить премию. Но ведь и его расписывает по кварталам сама организация. Допустим, тресту надо сдать в году 100 объектов. Плановый отдел составляет план сдачи так: I квартал – 5 объектов, II квартал – 10, III квартал – 25, IV квартал – 60 (ЛП 11.3.75). Рассуждение простое – уж если остаться без премии, то один раз, а не четыре. И знаменитая штурмовщина оказывается заранее запрограммированной таким перекосом на конец года и заверена подписями директора и начальника планового отдела.

Наконец, неисчерпаемые возможности представляет показатель, именуемый на чиновничьем сленге «производительность труда». Подсчитывается он очень просто: сметная стоимость построенного здания делится на число участвовавших в стройке людей. Однако в смете стоимость используемых материалов составляет примерно 60 процентов (ЛП 3.8. 76). Если строить два абсолютно одинаковых здания, но в одном использовать обычный кирпич, а в другом ухитриться хотя бы одну стену сделать из дорогого, то при одинаковом количестве каменщиков показатель производительности резко подскочит. Научно-исследовательские институты могут разрабатывать сколько угодно новых видов дешевых и прочных строительных материалов – строительные организации будут бежать их, как огня, и вырывать друг у друга проекты, в которых запланировано использование мрамора, хрусталя, нержавеющей стали или, на худой конец, алюминия. Заполучив такой проект, они автоматически станут рекордсменами по росту производительности и могут рассчитывать на почетное место в сводке своего министерства.

Скачать книгу (pdf).

А по поводу недоделок и незавершенного строительства желающие могут посмотреть советскую драму «Мы, нижеподписавшиеся» с Куравлевым в главной роли.

Если вам понравился материал, пожалуйста, поделитесь им с друзьями:
Categories: Медиа, Мысли Tags:



Популярный блог Харькова, 2017 год
Тут была Яндекс-метрика